Русская Идея

Недавно «Комсомолка» опубликовала беседу с пресс-секретарем Дж. Буша, в которой есть такой эпизод:

«Буш не хотел, чтобы Горбачев и Ельцин оказались по разные стороны баррикады. Поэтому он, как мог, старался их помирить. Например, в конце 1991-го Буш звонил Ельцину и говорил: отнесись к Горби хорошо, дай ему дом, офис, машину. Потом звонил Горбачеву и советовал: хвали Ельцина, не критикуй его строго, люди верят ему...»

Похоже на правду. В последние три года «подопечные» американских президентов действительно почти не трогали друг друга, хотя отдельные срывы были - так, по мелочи. Но, кажется, этой идиллии приходит конец. Ближе к президентским выборам они перестанут церемониться, и их скрытая, никогда не кончавшаяся борьба возобновится с новой силой – на потеху избирателям.

Предлагаю эксперимент. Давайте мысленно поменяем местами Горбачева и Ельцина и попробуем представить: как бы каждый из них поступил на месте другого в экстремальной ситуации.

Вообразите, к примеру, что не Горбачева, а Ельцина избрали в 1985 году генсеком. Началась бы у нас в этом случае перестройка или нет? Не спешите. Подумайте. Борис Николаевич любит власть, но к славе гораздо более равнодушен, чем Горбачев. Его бы, кажется, вполне устроило положение главы такой большой партии и такого большого государства. Скорее всего, он повторил бы вариант Леонида Ильича – года через три, устав от дел, передоверил бы их помощникам и тихо жил бы на даче, выезжая лишь для зачтения написанных ими речей.

Не без того, что сменилась бы какая-то часть кадров, основные посты заняли бы, конечно, уральцы. Бурбулис стал бы секретарем ЦК по идеологии. Возможно, были бы какие-то реформы в промышленности и строительстве – так, незначительные. До смены общественного строя, думаю, дело бы не дошло. Ельцин гораздо консервативнее в своем мышлении, чем Горбачев. Он ведь «демократ» в силу обстоятельств, а не убеждений. На общественное мнение – что наше, что «ихнее» - он чихать хотел. Ему популярность нужна была, чтобы завоевать власть. А Горбачеву – наоборот: нужна была власть, чтобы завоевать популярность.

Возьмем другой сюжет – декабря 1991 года. Что сделал бы Ельцин на месте Горбачева, когда узнал бы о Беловежском договоре? Тут и думать нечего. В тот же день объявил бы его незаконным и преступным, мобилизовал бы армию, милицию и КГБ (а они обязаны были подчиниться еще действующему президенту СССР), а самих беловежцев арестовал бы еще на подлете к дому, как изменников Родины. И что самое интересное – народ бы его поддержал, и Союз, возможно, до сих пор существовал бы.

Чего не отнимешь у Бориса Николаевича, так это способности быстрого реагирования. Вот только жаль, что он такую замечательную способность никогда не употребляет на доброе дело – чего-нибудь спасти, сохранить, уберечь. Цены б ему тогда не было. Михаил Сергеевич быстро реагировать не умеет. Ему кричат: «Пожар! Горим!», а он неторопливо так отвечает: «Знаете, я вам так скажу, это еще надо проверить, и тут есть о чем обменяться...»

Но сделаем «рокировку» и в другую сторону. Представим, как повел бы себя Горбачев на месте Ельцина в октябре 1993 года. Послал бы он танки на «Белый дом»? Думаю, что нет. Во-первых, побоялся бы общественного мнения, особенно на Западе. Во-вторых, побоялся бы жертв в Москве. В тех ситуациях, что были при нем (Баку, Тбилиси, Вильнюс), он никогда не брал ответственности на себя, всегда ловко уходил от нее. Но то были республики, а это – Москва, спрятаться не за кого. Он бы ездил сам в Верховный Совет, вел бы там долгие, мучительные дебаты, шел бы на уступки и компромиссы и – говорил бы, говорил... Но зато все остались бы живы и целы.

Дальше. Как поступил бы Горбачев на месте Ельцина в декабре 1994-го в ситуации с Чечней? А была бы в 1994 году эта ситуация, будь Горбачев президентом? Может, он давно отпустил бы ее на волю, как Литву? Или сделал бы Дудаева министром обороны (как когда-то Шеварднадзе – министром иностранных дел)? Уж в чем, в чем, а в кадрах он знал толк: у Горбачева кадры были посильнее, чем сейчас у Ельцина. Что касается войны в Чечне, то ее скорее всего не случилось бы. Те кадры, и в первую очередь в силовых структурах, не пошли бы на подобную авантюру. Ему даже Раиса Максимовна не посоветовала бы, как философ.

Невозможно также представить Михаила Сергеевича стоящим на танке, падающим с моста или проспавшим официальную международную встречу. Его политическая культура все-таки выше подобных «штучек».

Предоставляю читателям самим продолжить эту мистификацию, тем более, что двух лидеров двух этапов нашей реформации все знают достаточно хорошо, а кризисных ситуаций хоть отбавляй. Но что дает нам эта условная перестановка? Горько думать, что судьба целой страны и целого народа так сильно зависит от личностных качеств политического лидера. Мы видим, что в отдельных ситуациях один оказывается как бы предпочтительнее другого. Но каждый на своем месте проявлял себя в экстремальных ситуациях почему-то наихудшим образом. И заменив у власти Горбачева и Ельцина, страна и народ в целом ничего не выиграли.

Горбачев не справился с перестройкой, Ельцин – с реформами. Стоит ли менять их местами снова, в обратном порядке?

Позади – десятилетие великих потрясений. Впереди – еще целая жизнь, и свет не сошелся клином на этих двоих.

Светлана Шишкова-Шипунова,
«Перестройка. 10 лет спустя»