Русская Идея

1.2. Действительность и свойство непосредственного Божьего управления земными Царствами человеческими

Царство Господа – «Царство всех веков и владычество Его во всяком роде и роде» (Пс. 144, 13). Преходящие Царства человеческие совокупно и повременно являются на позорище света для того, чтобы служить тому духовному Царству, и сильные земли чредою изводятся стрещи стражбы его. Связав природу необходимостию и «оставив человека в руце произволения его» (Сир. 15, 14), великий Художник мира сего Бог простирает Свой перст в разнообразное сплетение событий естественных, свободных деяний таинственным движением то некиих сокровенных нитей, то видимых орудий образует и сопрягает все в единую многохудожную ткань всемирных происшествий, которую время развертывает к удивлению самой вечности. Различные состояния земных гражданств всесильною рукою Божиею непрестанно направляются к тому, чтоб они уготовляли в себе граждан Небесам: для сего Бог действует через общество на человека, и через человека на общество; для сего «языки шатающиеся и восстающие на Господа пасутся жезлом железным и яко сосуды скудельничи сокрушаются» (Пс. 2, 1, 2, 9), обращающиеся «воссозидаются и насаждаются» (Иер. 18, 9), искушаемые «проводятся сквозь огнь и воду», твердые в испытании вводятся в покой» (Пс. 65, 12); «для сего возносятся избранные от людей Господних» (Пс. 88, 20), крепкие, предопределенные сотворить волю Промысла Божия, и поддерживаются за десницу десницею Всесильного, которая «уравнивает пред ними горы, врата медная сокрушает» (Ис. 45, 1, 2); «да смирится высота человеча и вознесется Господь един» (Ис. 2, 17), – жребий многочисленнейших народов иногда долго скрывается в неизвестной руке единого смертного, а судьба каждого сильного земли слагается из неисчислимых случайностей, которых никакая человеческая мудрость объять и никакая земная сила покорить себе не может.

Если это всеобъемлющее владычество Божие и подвергает нас некоторой судьбе, то судьбе премудрой. Если оно, по-видимому, налагает на нас узы, то разве на своеволие и буйство наше. Если уничижает, то единственно тех, которые думают быть сами творцами величия своего, мечтают «взыти выше облак и быти подобны Вышнему» (Ис. 14, 14). Если же оно возносит иногда жребий нечестивого, то не иначе, разве как возносится жезл, который вскоре поразит некоего виновного, сокрушится и отвержется. Напротив – те, которые ничего не ищут сами, кроме славы Божества и блага человечества, – те обретают свою безопасность и надежду в покорении себя Божественному Промыслу, и в Его власти – основание своего могущества, и в Его славе – источник своего истинного величия.

В наши времена многие народы мало знают отношение Царств человеческих к Царству Божию, и что особенно странно и достойно сожаления и ужаса – мало знают сие народы христианские. Мало знают не потому, чтоб не могли знать, но потому, что не хотят знать, и глаголющиеся быти мудри между ними с пренебрежением отвергают дознанное и признанное Древнею мудростию, освященное и утвержденное Божественною властию; им не нравится старинное построение государства на основании благословения и Закона Божия; они думают сами гораздо лучше воздвигнуть здание человеческих обществ в новом вкусе, на песке народных мнений, поддерживать его бурями бесконечных распрей.

В такие времена особенно нужно, отрадно должно быть нам, богобоязненные, благоверные россияне, часто напоминать себе крепко содержать в памяти оправданное судьбою отечества нашего, преданное нам от предков наших, или, лучше сказать от пророков Божиих, то учение, что «владеет Вышний Царством человеческим, что Господне есть Царствие и Той обладает языки». Если бы этой истины и не открыло нам слово Божие, мы могли бы найти ее в общем составе наших познаний о Боге – о Творце и Промыслителе.

Так как Бог Творец вещественного мира и духовного, то Он и Промыслитель обоих. И если промышления Божия требует мир вещественный, движимый необходимостью законов, при сотворении в него впечатленных, то тем более требует оного мир духовный, которого существа, пользуясь преимуществом свободы, по этому уже самому могут уклоняться от творческого назначения и направления, и для таковых особенно случаев нуждаются призывать руку Промыслителя, охраняющую и возращающую. А как благоустроение и охранение общества человеческого преимущественно зависит от Верховной власти, то и оказывается необходимым, чтобы промышление Божие преимущественно сосредоточено было над Верховною властью, и чтобы владел Вышний Царством человеческим.

Бывает, что Царствование или непосредственное промышление Божие над Царством человеческим не для всех и не всегда бывает явственно видимо. Такое бывает потому, что Царь Небесный безмерно высок и непостижим и Его нисходящее действие нередко скрывается в цепи посредствующих естественных причин и действий; также потому, что, Царствуя над существами, которым благоволил даровать свободу, Бог хранит неприкосновенным этот дар Свой, т.е. оставляет довольно простора свободному действованию человеческому. От этого случается, что мы довольно долго слышим шум, видим движение дел человеческих, нередко смешанных и беспорядочных, но не примечаем, как за ними тихо шествуют Божий Промысл и суд, утверждающий, охраняющий, возвышающий то, что служит Царствию Божию, и ранее или позже низлагающий то, что ему противоборствует.

Святитель Филарет Московский (Дроздов),
«Христианское учение о царской власти
и об обязанностях верноподданных»